— Конечно, так лучше, Олег.

— Да. А еще лучше: Алекс. Олег по-английски звучит не так хорошо.

— Да здравствует "Алекс"! — восклицает Винн.

Спустя некоторое время, придя в номер гостиницы, где проживал Винн, Пеньковский передал англичанину объемистый пакет:

— Открой его, Гревил, посмотри, что там!

В пакете было подробное досье на самого Пеньковского, а также фотопленки с заснятыми секретными документами.

20 апреля в Англию направляется советская делегация, — сообщил далее Пеньковский, — возглавлять ее буду я. Было бы хорошо, если бы с содержимым пакета к этому времени уже внимательно ознакомились те, с кем бы я хотел встретиться в Лондоне…

Домой Винн возвращался в буквальном и переносном смысле на крыльях: вербовке агента по кличке "Алекс" состоялась.

Сотрудник МИ-6, которого Винн на допросе в лубянской тюрьме поименовал Аккройдом, выслушал его рапорт с нескрываемым удовлетворением. Особенно его поразило содержимое пакета. Как выяснилось позже, англичане незамедлительно поделились информацией с американцами, и те, наконец, всерьез заинтересовались Пеньковским.

Узнав о скором прибытии Пеньковского в Лондон и установив, что советскую делегацию предполагается разместить в гостинице "Маунт Ройял", Аккройд дал указание Винну связаться с управляющим гостиницы и договориться, чтобы все члены делегации были размещены на одном этаже, причем в двухместных номерах, а Пеньковского как руководителя делегации поселили в одноместном.

Трудно сказать, сколько пар глаз наблюдали за Пеньковским, когда он 20 апреля спускался по трапу самолета в лондонском аэропорту, но что их было немало, можно не сомневаться.

Глава делегации вел себя подобающим образом: сохранял степенность, протокольно улыбался на приветствия представителей принимающей стороны, отвечал по-английски: "I am glad to meet you".